Понедельник, 26 августа 2019 г.   

  
 
 
  
  

Как вступить в Российское
Монархическое
Движение?

(нажмите, чтобы узнать)

 

 

Газета Российского Монархического Движения

 
 
 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Rambler's Top100

 

 

eServer.ru :: Хостинг-оператор #1
 

RB2 Network Member

 

 

 

 
 
НОВОСТИ / 2006 / МАРТ / 29


«Мы вернем России то, что она утратила в ХХ веке...»
Интервью с Наследником Цесаревичем Государем Великим Князем
Георгием Михайловичем

 

Наследник Цесаревич Великий Князь Георгий Михайлович (февраль 2006 г.)- Ваше Высочество, воспринимаете ли Вы 25-летие как некий символический рубеж в жизни и карьере? Должен ли начаться "новый этап" Вашего служения России?
- С точки зрения наших традиций это обычный день рождения. До революции гражданское совершеннолетие для всех наступало в 21 год, для Великих Князей – в 20 лет, а для Наследника – в 16. Для меня династическое совершеннолетие наступило в 1997 году. Но в современной жизни, конечно, 25-летие – определенный рубеж, когда человек входит в стадию уже полностью самостоятельной жизни.
- Как Вы отметили свой первый серьезный юбилей?
- Поскольку день моего рождения приходится на Великий пост, никаких особых торжеств не было. Но после поста приеду в Мадрид, чтобы отпраздновать день рождения в семейном кругу и с близкими друзьями.
- Ваше Императорское Высочество, Вы – современный молодой человек и в то же время наследник древней монархической династии. В каком качестве Вам уютнее себя чувствовать?
– В Вашем вопросе заложено противопоставление этих двух качеств. Мне кажется, это неверно. Одно другому совсем не мешает. С одной стороны, я живу как многие мои сверстники, но при этом не забываю о своем долге перед Россией. С другой стороны, когда мне приходится исполнять какие-либо официальные обязанности именно как члену Российской Династии, я не перестаю быть современным человеком. Мой великий предок Петр Первый дал нам всем пример на все века. Он был могущественным монархом огромной страны, но не стеснялся черной работы, был очень современным и близким ко всем, независимо от их положения в обществе. Наверное, уютнее себя чувствовать, если у тебя меньше обязанностей. Но совсем без обязанностей жить нельзя, и у каждого человека свои обязанности. При исполнении моего долга, как я его осознаю, мне, конечно, приятнее не участие в каких-то церемониях (хотя и это иногда необходимо), а работа, которая может кому-то помочь.
- Хотелось бы подробнее узнать о Вашей деловой карьере.
– После Оксфорда я хотел ознакомиться с деятельностью европейских структур, с тенденциями, которые будут определять дальнейшее развитие Европы. Начал работать в Европарламенте, потом перешел на должность помощника вице-президента Еврокомиссии и комиссара по транспорту и энергетике Л. де Паласио в Брюсселе, а затем также в Европейской комиссии, но уже в Люксембурге, занимался проблемами атомной энергетики и безопасности ядерного производства. По делам работы уже несколько раз приезжал на Родину, в Санкт-Петербург и Москву. Сейчас намерен изучить на практике работу частного предприятия. Уверен, что опыт, приобретаемый мною сейчас, я смогу использовать на службе России.
- Помогает ли Вашему Высочеству титул Великого Князя в решении профессиональных проблем?
– До революции звание члена Династии, тем более Наследника, естественно, в большой степени предопределяло род занятий. Но при этом каждый из Романовых проходил все ступеньки служебной лестницы. Мой прадед Император Кирилл Владимирович прошел весь путь от мичмана до контр-адмирала. Император-Мученик Николай II имел чин полковника… Находясь вне Отечества, тем более немыслимо использовать титул для карьеры. Дедушка Великий Князь Владимир Кириллович, чтобы узнать лучше жизнь рабочих, работал на заводе в Англии под фамилией Михайлов. Те, кто трудился рядом с ним, даже не знали, что он Глава Российского Императорского Дома. Сейчас уровень распространения информации, естественно, выше, поэтому сохранить полное инкогнито уже невозможно. Но я не допускаю, чтобы мое положение влияло на человеческие и деловые отношения. Если раньше титул давал определенные привилегии, то теперь он влечет за собой только дополнительные требования к самому себе и большую ответственность.
– Но не унижается ли этим авторитет Династии?
– По-моему, наоборот. Скромность и труд никого не могут унизить. Как это ни парадоксально, социалистическая система, которая декларировала приоритет интересов трудящихся, на практике уничтожила уважение к труду и гордость за свое положение в любом сословии. Появилось понятие непрестижных профессий, люди начали стыдиться того, чем гордились их предки. Когда они порывали с традиционным укладом и семейными традициями, им казалось, что они вырываются наверх, а на деле происходила их десоциализация и как следствие – нереализованность.
Я твердо убежден, что любая работа, если ты выполняешь ее честно, не может быть унизительной. А ничего, что оскорбило бы достоинство нашего Дома, мы никогда не допускали и не допустим.
- Каков Ваш взгляд на идею монархии сегодня?
- Идея монархии вечна. Ее пытаются представить анахронизмом, однако с этим нельзя согласиться. ХХ столетие стало "черным веком" монархий, но принесло ли это пользу человечеству? Вопрос, по крайней мере, дискуссионный.
Конечно, и монархическое устройство имеет свои недостатки. Но главное, что дает законная наследственная монархия, это независимость власти от партийных, финансовых и прочих группировок. Монарх способен быть подлинным арбитром, символом нации, гарантом справедливости и права. Это как раз то, чего остро не хватает современному миру. Попытки создать механизмы для этого при республиканской форме правления не увенчались успехом. В тех республиках, где стараются найти выход из кризиса, строят модели, очень напоминающие монархический строй. Но стоит ли создавать суррогаты, когда можно ввести в действие естественную, основанную на многовековой традиции систему управления?
- Что это такое – быть Наследником российского престола?
- Это прежде всего обязанности, а не права. В прежние времена у монархии был очень красивый фасад, но и тогда за ним скрывались труд и колоссальная ответственность. Сейчас монархическая идея живет в аскетических формах, о привилегиях нет речи, а долг остается.
- Если бы Вам довелось возглавить Российское государство, какие реформы Вы бы осуществили? Каково Ваше отношение к нынешнему состоянию России – политическому, социальному, духовному?
- Старинная заповедь гласит: "Делай, что должен, и будь, что будет". Наша задача в любых условиях - сохранить Династию как исторический институт. Мы должны быть готовы ответить на народный призыв, если соотечественники захотят возродить монархию. Но мы никогда ни при каких обстоятельствах не согласимся на восстановление монархического строя вопреки воле народа.
Главой Российского Императорского Дома является моя Мать Великая Княгиня Мария Владимировна. Только Она имеет право принимать решения и формулировать официальную позицию Династии. Могу только сказать главное: реформы должны произойти прежде всего в душах людей. Иначе можно создавать какие угодно законы, придумывать и реализовывать замечательные экономические программы и тому подобное, но от этого не будет никакой пользы для страны. При недостатке совести, порядочности, ответственности у носителей власти и у граждан принятие новых законов приведет лишь к усилению коррупции, а осуществление экономических реформ – к расцвету воровства.
На мой взгляд, сегодня в России происходят мощные положительные процессы, но в них не хватает системности. Не хватает именно из-за отсутствия национальной идеи. До 1917 года был лозунг "За веру, Царя и Отечество". После прихода к власти коммунистического режима традиционные ценности оказались растоптанными. Но какая-то идея, пусть и ложная, но на определенном этапе объединяющая большинство, все же была. В 1991 году объединяющим стал антикоммунизм. А сегодня – идейный вакуум. Это очень опасно для государства и общества. Национальную идею нельзя написать и дать сверху. Она рождается народом. Любая власть, которой вверена судьба страны, должна понимать, что она имеет дело не с "массами", не с "населением", а с народом.
- Какой Вы видите свою миссию в эмиграции?
- Миссия Императорского Дома не может быть связанной только с эмиграцией. Эмиграция – явление временное. В конечном итоге эмигранты либо возвращаются на Родину, либо растворяются среди других народов. Мы, независимо от того, где постоянно живем, остаемся духовно едиными со всеми соотечественниками – и в России, и вне ее.
- Расскажите, как распределяются обязанности в Российском Императорском Доме и каковы отношения в Вашей августейшей семье?
- Согласно законов и нашей династической традиции, только Глава Дома имеет право принимать окончательные решения по любым вопросам. Все остальные члены Императорского Дома, независимо от возраста, степени родства и прочих факторов обязаны подчиняться авторитету Главы. Я как Наследник по достижении династического совершеннолетия (16 лет) принес у Гроба Господня в Иерусалиме присягу на верность Отечеству и моей Матери.
Большую роль в жизни нашего Дома и в деле нашей реинтеграции в общественную жизнь России до самого последнего времени играла моя бабушка Великая Княгиня Леонида Георгиевна. Она проявила много инициативы, но все главные ее поступки, естественно, совершались только с согласия или по прямому поручению ее Дочери – Главы Династии. Сейчас бабушке уже 91 год, и состояние здоровья не позволяет ей проявлять прежней работоспособности. Но она продолжает очень живо интересоваться всем, что происходит на Родине.
Последняя из ныне здравствующих членов Императорского Дома Княгиня Екатерина Иоанновна проживает в Уругвае. Ей тоже уже исполнилось 90 лет. Так судил Господь, что когда-то состоявший из нескольких десятков человек, Российский Императорский Дом теперь насчитывает только четырех членов, и только двое из них – мама и я – могут активно исполнять свое служение.
Отношения в нашей семье всегда сохраняются очень сердечные. Иначе и быть не может. Слишком велика наша ответственность, слишком много нам пришлось вынести и пережить, чтобы понять, что есть в жизни главное, а что наносное и неважное. А ведь в основном конфликты между людьми возникают из-за ерунды, которая не стоит ломаного гроша.
- В России издавна существовала проблема «отцов и детей». Насколько, на Ваш взгляд, актуальна эта проблема сегодня?
– Эта проблема всегда актуальна. Сейчас жизнь меняется быстрее, чем в прежние века, поэтому в какой-то момент разрыв между поколениями, может быть, оказался сильнее. Но со временем многое выравнивается. Сама же проблема остается. Решить её полностью, скорее всего, нельзя. Но приблизиться к решению можно, основываясь только на взаимном уважении. На уважении детей к опыту родителей, на благодарности родителям за то, что они дали детям, и на уважении родителей к выбору детей, на признании за ними права самим строить свою жизнь.
- Вы получили серьезное европейское образование. Хотелось бы узнать, какое влияние на Ваше восприятие мира оказала русская культура, литература, музыка?
- С детства меня воспитывали на основе русской культуры. Жизнь в изгнании побуждает особенно дорожить всем, что позволяет ощутить близость с Родиной. Иногда человек, живущий в родной среде, не до конца осознает, какую ценность имеет национальная культура. Есть даже русская поговорка: «Что имеем, не храним, потерявши – плачем». Вот мы постарались не потерять последнее что у нас осталось после революции – сознание нашего долга и любовь к Отечеству и его духовным основам. Русская культура чрезвычайно богата. Она очень самобытна и в то же время не замкнута в себе. Не случайно произведения Пушкина, Достоевского, Толстого, музыка Чайковского, Рахманинова вызывают восхищение у людей всех национальностей и культур. Каждый, кто смог понять и оценить их творчество, уже не будет относиться к окружающему миру цинично и бессовестно.
- Где Вы учились, на каких языках проходило обучение?
- Обучение проходило на русском, французском, испанском и английском языках. Когда мы жили во Франции, в начальной школе на французском, потом в Мадриде в колледже на испанском и английском и в Оксфорде на английском. Домашнее воспитание и образование – на русском. Постоянно занимаюсь русским дополнительно. Признаю, что делаю ошибки. К сожалению, не хватает повседневной практики. Но родным языком я считаю русский и не сомневаюсь, что когда мы вернемся в Россию, окончательно избавлюсь от ошибок.
- Приходилось ли Вам сравнивать полученное Вами европейское образование с российским?
- Конечно, я обсуждал это с моими сверстниками из России. Европейское образование имеет много достоинств, но у российского образования есть большие преимущества. Оно более фундаментально и широко. Нерадивых оно, как и любое другое, может не устраивать, а из тех, кто хочет учиться, создает действительно классных специалистов. Нужно отдать должное – в СССР, несмотря ни на что, сохранился должный уровень образования. Я знаю, что сейчас в России идет образовательная реформа. Слышал, что при этом берутся за основу иностранные модели, и из-за этого уровень подготовки снижается. Меня это не удивляет. Никто не спорит, что реформы нужны. Методы обучения не должны окаменеть. Но прежде чем что-то отменять и перенимать другое, надо хорошенько подумать, стоит ли это делать, и в каких формах. А то мы рискуем потерять достояние России, а взамен взять в качестве нового то, что уже начали выкидывать на свалку в Европе. Не следует думать, что иностранное лучше нашего только потому, что оно иностранное.
- Какие самые яркие детские впечатления запомнились Вашему Высочеству?
- Самые яркие впечатления раннего детства связаны с образом дедушки. Он очень многому научил меня, хотя тогда я этого до конца не мог осознать, и только недавно стал понимать. Но именно Он заложил основы моей личности.
Начало нашего возвращения на Родину я тоже увидел детскими глазами. Мне было 11 лет, когда умер дедушка. Мы провожали Его в последний путь в Россию. В величественном Исаакиевском соборе Святейший Патриарх Алексий II отпевал деда. Это были незабываемые события, вызывавшие очень сложные чувства, которые трудно описать. Но самое главное навсегда останется в сердце – мы ощутили искреннюю любовь нашего народа, сострадание и поддержку. Когда сталкиваешься с чьей-то злобой, с клеветой, с агрессией, достаточно вспомнить лица и слова простых, добрых, отзывчивых людей, чтобы любое огорчение бесследно прошло.
Были и другие впечатления, которые врезались в память, уже печальные и неприятные. Меня поразило, как иногда грубо и высокомерно относились носители власти к простым людям. Когда кто-то к нам хотел подойти, их отталкивали, на них кричали. С этим ничего нельзя было поделать. Милиция не могла понять, насколько нам это неприятно. Наверное, все эти чиновники и милиционеры были убеждены, что так они проявляют уважение к почетным гостям, что иначе быть не должно. Я сказал тогда маме, что если когда-нибудь получу возможность, первым делом я постараюсь изменить это отношение к людям.
- Прежде Вы часто бывали в России, даже собирались поступить в Нахимовское училище. Сегодня Вы посещаете Родину значительно реже. Почему?
- Ну, в Нахимовское училище меня "зачислили" ваши коллеги-журналисты. Если говорить серьезно, я надеюсь, когда вопрос о нашем возвращении на Родину решится, как это произошло в большинстве государств, я смогу получить хотя бы основные знания военного дела.
Раньше я бывал чаще в России, потому что во время учебы мог свободнее располагать временем. А работа – это работа. Но я приезжал в Москву в феврале с рабочим визитом. И хотя работа отняла много времени, я все же успел пообщаться с друзьями, побывать в Историческом музее, прогуляться по старой Москве. Даже заехал на «Горбушку», чтобы купить русские компьютерные программы и кое-какие фильмы.
Я совсем не стремлюсь обязательно привлечь внимание к каждому своему приезду. Самое главное – сделать что-нибудь полезное для России, где я чувствую себя в родной атмосфере.
- А что в России привлекает Ваше наибольшее внимание и интерес?
- Несмотря на десятилетия государственного атеизма, очевиден религиозный подъем. Остается высокий интеллектуальный потенциал. Большое внимание уделяется обеспечению обороноспособности страны. Мне всегда интересно обсудить эти темы с соотечественниками, узнать их мнение и обменяться соображениями о перспективах. Когда я бываю в храмах, когда общаюсь с военными, с учеными, сердце наполняется гордостью за Россию.
- А Вам не кажется, что Вы идеализируете ситуацию?
- Может быть, немного. Когда живешь в изгнании, при посещении Родины всегда хочется видеть только хорошее. Тем не менее я знаю и о проблемах. Очень серьезных проблемах. Меня потрясло то, что случилось с солдатом А.Сычевым, которому ампутировали ноги. Есть такие же случаи, о которых просто не стало известно. Это ужасно. Государство и общество должны с такими явлениями бороться беспощадно. Но неправы те, кто пользуется трагедией, чтобы опозорить все Вооруженные Силы. Есть старая мудрость: кто не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую… Нужно возрождать многовековые традиции, и всё постепенно встанет на свои места. Наша Династия за 300 лет царствования немало сделала для укрепления военной мощи России. Думаю, мы можем помочь современному государству в деле укрепления боевого духа, поддержании чувства долга, чести и достоинства воина.
- А какие недостатки заметили Вы в российской жизни?
- Раньше много лет души людей уродовала безбожная и бесчеловечная идеология тоталитарного режима. Сейчас этого нет. Однако появились другие опасности. Грубый материализм, ложь, эгоизм, бездуховность и равнодушие проникают в общество под другими масками, но от этого не становятся менее отвратительными. Очень опасно отсутствие объединяющей национальной идеи. Российская Империя была примером для многих народов, одним из вождей мировой цивилизации. Революция возвратила мрачные времена дикости и варварства. Но при коммунизме общая идея, хотя ложная и насажденная насилием, все-таки была. Когда в этой области вообще образуется вакуум, государство неизбежно слабеет и разрушается. В 1991 году большинство народа объединил стихийный антикоммунизм. Когда обреченный режим рухнул, новой основы для единства предложено не было. За 15 лет произошли большие положительные сдвиги в народном сознании. Государственной властью за последние годы достигнуты важные успехи в преодолении экономических трудностей. Но в духовном отношении Россия еще находится на стадии поиска своего пути, в состоянии духовного кризиса.
Это основная, глобальная проблема, от которой зависит жизнь страны в целом. Есть еще много других вещей, которые касаются повседневной жизни большинства соотечественников. В России не много богатых и очень много бедных. Среднего слоя – основы государства – фактически нет. Больно видеть бедность старшего поколения. Ужасают рост смертности, резкое снижение рождаемости, увеличение числа абортов. Каждому человеку так или иначе приходится сталкиваться с произволом чиновников, с нарушением закона. Имеет место варварское отношение к природе, к памятникам истории и культуры. Сельское хозяйство подорвано насильственными экспериментами ХХ века. Можно назвать еще разные уродливые явления – наркомания, массовое распространение пошлости, деятельность тоталитарных сект… Часть проблем носит общемировой характер, часть, увы, типично отечественные. Но отчаяния быть не должно. Было бы удивительно, если бы после 70 с лишним лет коммунизма мы избежали бы временного упадка. Россия обязательно вернется на свой исторический путь, и ее граждане будут жить достойно. Надо только не ждать, когда кто-то что-то сделает для нас, а трудиться и бороться за свои права самим.
- В российском обществе и в СМИ активно обсуждается инициатива Вашей Матери по реабилитации Императора Николая II и членов Его Семьи и полученный отказ Генеральной прокуратуры. Не могли бы Вы сказать несколько слов о Вашем видении этой проблемы?
- Я много говорил об этом с мамой, обсуждал вопрос с верными людьми в России, читал прессу. Разумеется, я абсолютно убежден, что реабилитация Царской Семьи нужна России и обязательно рано или поздно состоится. Аргументация противников реабилитации не выдерживает никакой критики и не имеет правового характера. Отрицать очевидный факт, что Царская Семья стала жертвой политических репрессий со стороны советского государства по классовым, социальным и религиозным мотивам, нелепо и нелогично. Версия об «общеуголовном» характере цареубийства абсурдна для любого, кто хоть немного знает о судьбе царственных мучеников.
Отказ в реабилитации Царской Семьи, с точки зрения закона и морали, нарушает наши права на защиту чести, достоинства и доброго имени. Мы – граждане России, и нам небезразлично, что на государственно-правовом уровне продолжает «признаваться правильным», как постановил в 1918 году Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет, приговор Уралсовета о казни Государя и Его Семьи, что нет никакого правового акта, свидетельствующего, что Романовы были не «коронованными палачами», а невинными жертвами произвола тоталитарного государства. Но есть и еще более важные аспекты. Противники реабилитации, вольно или невольно, действуют вопреки государственным интересам России. Они подвергают сомнению характер правопреемства современного государства и подрывают его авторитет. Кроме того, они оскорбляют религиозные чувства православных верующих. Ведь Царская Семья канонизирована Русской Православной Церковью в лике Страстотерпцев именно потому, что их подвергали издевательствам и потом казнили по постановлениям безбожной власти как живой символ Православной Руси, как носителей православного благочестия, то есть по религиозному признаку. А нас пытаются убедить, что Царственные Страстотерпцы обычные жертвы обычных уголовников… За это не канонизируют.
В деле реабилитации Царской Семьи нас поддержал Святейший Патриарх Алексий II. По опросам, большинство нашего народа убеждено в необходимости реабилитации. Поэтому мы уверены в нашей правоте и будем добиваться справедливого и законного решения.
- Какое место в вашей жизни занимает религия?
- Вера – это то, что определяет нашу жизнь. Она создает и развивает систему ценностей. Мир меняется, и мы неизбежно меняемся. Но, будучи современными людьми, мы не должны забывать, что есть вечные принципы, установленные Богом. Любая безрелигиозная этика безжизненна и ложна. Неверие духовно опустошает. И одна лишь вера дает критерии понимания и различения добра и зла.
- Вы часто бываете в России. Удалось ли Вам, во время Высочайших визитов, познакомиться с русскими ровесниками, Ваши впечатления о современной русской молодежи.
- Я общался с молодыми людьми в России и во время наших официальных визитов, и во время рабочих поездок. Общее впечатление очень хорошее и радостное. Новое поколение воспитано в новых условиях. Я вижу веру, энергию, интеллект нового российского поколения. Не сомневаюсь, что мы вернем России то, что она утратила в ХХ веке.
 

Интервью подготовлено с использованием материалов, предоставленных Канцелярией Е.И.В. Ранее эти материалы были опубликованы с сокращениями в газете «Московские новости» (17 марта 2006 г.) и «Российские Вести» (22-28 марта 2006 г.)

Пресс-служба РМД

 
     

хостинг: eServer.ru