Монархия - это красиво и справедливо. Данный тезис едва ли оспорит даже самый рьяный современный республиканец. Поэтому обсуждать вопрос о монархии интереснее, используя политические и (это был бы "высший пилотаж") экономические аргументы. Восстановление монархии в России обсуждают:

Кирилл Кириллович Немирович-Данченко, председатель Президиума Российского Монархического политического Движения;

Александр Николаевич Закатов, личный секретарь Главы Российского Императорского Дома Ее Императорского Высочества Государыни Великой Княгини Марии Владимировны;

Михаил Александрович Краснов, вице-президент фонда "Индем";

Станислав Владимирович Думин, председатель Историко-Родословного общества.

Станислав Думин: 
Достоинства монархического строя как системы управления достаточно просты. Их можно выразить одной простой фразой: царю не нужно воровать. Монархия приносит больше денег, чем обходится казне. Приток туристов, желающих лицезреть монархию и монархов, масса культурных памятников, которые находятся под попечительством монаршей семьи, создают благоприятные условия внутри самого государства для притока финансов для культурных целей.

Михаил Краснов: 
Не следует разделять сакрально-этическую и "технократическую" стороны монархии. Даже "республиканско-демократические" институты имеют часто некий мистический смысл. Например, присяга, даваемая президентами, судьями, военнослужащими. Или сам институт главы государства - чем не "сакрально-этический"? Сама связь государства со своими гражданами во многом окутана таинственностью, и эта связь отнюдь не исчерпывается понятием "гражданство". Но если говорить именно об "институционально-управленческих" преимуществах монархии (некоторых), на первое место я бы поставил ее гораздо большую способность, по сравнению с республиканской формой, обеспечивать гармонию между потребностью страны в стабильности и потребностью в адаптивности (изменчивости).

 К.К.Немирович-Данченко: 
Монархический строй послужит хорошим стимулом для государственного строительства и усилит тенденции укрепления вертикали власти во многом потому, что монарх будет гарантом многих преобразований: во-первых, монархия подразумевает стабильную передачу власти. Во-вторых, при монархическом строе возникает стабильность самой власти. Только при монархе верховная власть надпартийна и надобщественна. В этих условиях на нее крайне затруднено воздействие политических и экономических элит. Поэтому верховная власть монарха имеет принципиально надэлитный характер и не заинтересована в том, чтобы ее поддерживала какая то одна из элит, что необходимо при республиканско-демократическом строе, когда само государство существует как арена противоборства различных элит. Монархия же является необходимым перекрестком их диалога, она стремится наладить нормальные отношения со всеми элитами.

 Александр Закатов: 
Монарх исполняет в обществе не столько функции верховного правителя, сколько функции верховного арбитра. Именно к нему могут обратиться все общественные силы как к последней инстанции.

 Михаил Краснов: 
Может ли монархия стимулировать создание слоя нормальных ответственных руководителей? Лучше всего на этот вопрос отвечают работы И.А.Ильина. У него есть статья "Основная задача грядущей России", которая посвящена критериям и способам отбора национальной элиты. Он говорил, что большевистская революция "с самого начала обращалась не к лучшим, государственно-зиждительным силам народа, а к разрушительным и разнузданным элементам его". Точно так же (но с обратным вектором) восстановление в России монархии будет способствовать моральному обновлению властвующей элиты. Во-первых, появятся совершенно новые критерии для кадрового отбора в сферах государственной (публичной, гражданской) службы, армии, спецслужб, судебной власти, составляющих сердцевину государственности. Во-вторых, большую роль будет играть институт "двора Его Величества". И если тому или иному политику, должностному лицу в силу его определенных высказываний или поступков будет отказано в чести быть "принятым при дворе", на его государственной карьере можно будет ставить крест. Разумеется, это будет двор, далекий от сословных барьеров. Двор будут составлять и при нем будут приниматься люди, представляющие цвет и гордость нации, причем независимо от этнической и религиозной принадлежности. Наконец, в-третьих, конституционный монарх, объективно гораздо более чуткий, нежели республиканские лидеры, к морально-этическим аспектам политики, не позволит легально "загаживать политическую нишу" маргинальным деятелям, особенно экстремистского толка.

 А как же "либеральные ценности", завоеванные революциями?

 К.К.Немирович-Данченко: 
Только монархическая власть служит тем незыблемым гарантом традиционных демократических ценностей, которые, казалось бы, парламентские демократии и гражданские институты должны были сохранять лучше. На практике выходит как раз наоборот. Путчисты в Испании, несмотря на имели все рычаги управления государством в своих руках, должны были обратится за поддержкой к Королю и не найдя ее должны были сдаться. И хотя номинально Король в Испании не имеет серьезных рычагов управленческой власти, но Он объединяет нацию и служит гарантом тех ценностей, которые при немонархических системах государственного устройства имеют весьма относительный характер.

 Михаил Краснов: 
Избираемому президенту (или премьер-министру в парламентской республике) гораздо сложнее проводить какие-то существенные реформы и при этом сохранять свою легитимность. Поэтому либо реформы часто оказываются половинчатыми, незавершенными, либо вынужден уходить в отставку республиканский реформатор. У монарха же нет проблем с легитимностью. Второе преимущество монархии связано с тем, что в ней отсутствует опасность того, что очередные выборы главы государства в президентской (полупрезидентской) республике могут расколоть общество (пусть и не на равные части). Третье: в президентской (полупрезидентской) республике глава государства - активный политический игрок, даже если он формально беспартийный. Именно поэтому в кризисных ситуациях ему крайне трудно выполнять роль верховного арбитра, стабилизатора, миротворца. Наоборот, монарх зависит только от своей внутренней ответственности. Он объективно возвышается над всеми ветвями власти. Но это возвышение, незаметное при ординарном течении политической жизни, становится определяющим при возникновении политических катаклизмов. Именно поэтому конституционный монарх может гораздо надежнее уберечь страну от смещения к любому радикальному режиму - как к левому, так и правому.

 Станислав Думин: 
Отношение к стране определяет суть служения российского монарха. В отличие от президентского правления, это не есть отношение к стране как к временно вверенному имуществу.

 Александр Закатов: 
В качестве основы эффективной управленческой модели в России монархический строй предполагает строгую иерархичную организацию государства и общества, которая невозможна, с одной стороны, без обеспечения необходимого общественного порядка, с другой же стороны - без предоставления необходимых свобод. При республиканском строе этот баланс практически недостижим, поскольку демократия апеллирует к чисто человеческому фактору государственного устройства, который по своей природе не очень совершенен.

 Но может быть, народу хочется чего-то более "земного" и менее "феодального"?

 Михаил Краснов: 
На самом деле (это, правда, отдельная тема) именно расцвет конституционного монархизма в наибольшей степени сможет противостоять глобализации, понимаемой как стандартизация в стиле "Pax Americana".

 К.К.Немирович-Данченко: 
Демократические устои при монархии теряют свой декларативный характер, который так очевиден при постоянной смене обычных демократических лидеров, подкармливаемых олгархическими группами. В этом есть едва ли не основное отличие монархии от прочих систем государственного устройства, которое проявляется лучше всего в отношении к власти со стороны монархии. Именно в этом монархия получает то непреодолимое преимущество, которое так выгодно отличает ее от республиканской формы правления и которое проявляется яснее всего в уважительном отношении со стороны массового сознания.

 И кого будем на престол возводить?

Александр Закатов: 
Если мы говорим о реставрации монархии в России, то мы имеем в виду возвращение престола к законным его наследникам из династии Романовых. Любой другой вариант установления монархического строя в современной России попросту невозможен в силу как исторических, так и юридических причин. Во-первых, если мы именно восстанавливаем монархию, а не устанавливаем очередной непонятный и неапробированный режим, то мы должны строить ее на основе исторических традиций наших предков и законодательных актов Российской империи, которые не входят ни в какое противоречие с современными реалиями. По Присяге, которую русские люди дали первому государю из Династии Романовых Михаилу Федоровичу по решению Земского собора в 1613 году, они клялись в вечной верности этой династии. Современное же главенство Российского Императорского Дома является абсолютно легитимным, находящимся в полном соответствии с Актом о престолонаследии 1797 года и признанным всеми царствующими домами Европы и мира.

 Александр Закатов: 
Установление монархии в России без участия законных Государей династии Романовых будет означать установление нового режима, чуждого исконным принципам монархии и фактически равного проведению еще одного эксперимента над страной. При этом апелляция к возможности созыва нового Земского Собора и принципу постоянно избираемого государя не выдерживает никакой критики. Земский Собор играл лишь вспомогательную роль и даже в критический момент междуцарствия был созван, чтобы призвать на престол законного, природного, бесспорного царя - на основе ближайшего родства с предыдущей династией, Рюриковичами, а отнюдь не на основе принципа избирания. К тому же история свидетельствует нам на примере Речи Посполитой, что бытовавший там обычай избирания короля Сеймом привел к тому, что польский монарх вначале потерял независимость от шляхты, а потом произошла и сама потеря суверенитета Польского государства. Те же люди, которые настаивают на вышеуказанных принципах, либо являются беспочвенными фантазерами, либо просто не хотят восстановления монархии в России.

 Станислав Думин: 
С 1990-х годов появляются весьма экстравагантные, а то и